Добрый

24.10.2020 Погиб Марков Алексей Геннадиевич. Позывной «Добрый».

24 октября в ДТП под Луганском погиб наш командир, командир батальона “Призрак”, Алексей Геннадьевич Марков, позывной “Добрый”, ЖЖ-юзер trueredrat.

В сети уже есть видео и с места происшествия, и, кажется, даже видео самого ДТП. Все желающие хайпануть на теме, желающие построить какие-то конспирологические теории, могут заниматься. Мне хотелось бы сказать о другом.

Миша polynkov написал после смерти “Доброго” вот такие слова“Если Лёша действительно погиб то, можно сказать «Призрака» окончательно не стало”.

Я уже написал ему в ВК, напишу и здесь.

Вот если наш батальон сдаст украм свои позиции без боя, тогда говорите, что “Призрак” закончился”.

Или когда нас всех перебьют, тогда говорите, что “Призрака” не стало.

Шесть лет комбат жил и работал на пределе человеческих возможностей, а иногда и за этим пределом, душу вкладывал в дело, в службу. Написать, что с его смертью умер “Призрак”, — это как сказать, что он эти шесть лет ничего не делал, вообще ничего.

Миша, уже написал в ВК, что имел в виду другое, что “никого не осталось с тех времён”.

Хорошо, Миш, давай о “временах”.

Для меня нет никакой разницы между “теми” временами и “этими”. Для меня это всё, от весны 2014-го до сего дня, – одна и та же война. И я могу сказать, что вижу вокруг – для людей здесь, вокруг меня, тоже такой разницы нет. Они так же, как и раньше, находятся здесь не ради денег, должностей или званий, не потому, что им “больше некуда пойти”, а ради Победы в этой войне. Они так же самоотверженно трудятся, как это было летом 2014-го. Кто-то – с лопатой или киркой в руках, кто-то – с гаечным ключом, кто-то – с паяльником. И, когда начинается “замес”, люди не бегут с позиций, они берут в руки оружие и защищают эти позиции.

Этой зимой были дни, когда на одну только позицию “Призрака” прилетало по 200 мин и снарядов калибром от 82-мм и выше, но люди не ушли с неё. Они вылезали после обстрелов из “лисьих нор” и блиндажей, заново откапывали свои полуразрушенные траншеи и огневые точки и держали эту позицию. И после месяца таких обстрелов, когда, казалось бы, пора было уже всё бросить к чертям и уйти, отступить, бойцы “Призрака” и 4-й бригады 18 февраля выскочили из этих самых окопов в атаку и выбили обнаглевших ВСУшников с нового опорника, недавно оборудованного на нейтралке, с которого те корректировали огонь.

Не спецназ, не “зелёные человечки”, а именно те самые “ополчуги”, которые сохранили и сохраняют в себе дух “того времени”. Те самые, но уже с пятью годами военного опыта за спиной.

Для комбата Маркова не было “того времени” и “этого времени”. Он и сейчас, в 2020-м, точно так же, как тогда, в 2014-м, все свои силы и всё время отдавал делу нашей Победы, понимая, что никто не выиграет эту войну за нас, и нет для этой войны других солдат, кроме нас. Да, мы вроде как бы не настоящие солдаты, кривые-косые-больные-старые, в массе своей — сугубо гражданские до войны люди. Но нет никого другого. НЕТУ.

Для меня лично тоже нет этой разницы между “сейчас” и “тогда”. Да, многие погибли, многие разуверились, многие выбыли по самым разным причинам. И ведем мы сейчас эту войну в совсем других условиях. Но это не отменяет того, что мы должны победить в этой войне.

И вот ещё что. От очень многих людей в батальоне мне случалось слышать примерно такое “Я здесь, пока комбат здесь… Я служу, пока “Добрый” тут комбатом… Ему верю, за ним пойду куда угодно… Он уйдёт – я тоже уйду”. Хочется им сказать вот что. Теперь “Добрый” навсегда здесь, никуда он не уйдёт и никто его не сможет выгнать или убрать. Похороны во вторник, в Алчевске, на “Алее Славы”.

“Добрый” останется с нами. “Призрак” останется “Призраком”.

So say we all.

PS

Напишу специально и отдельно для тех, кто не знал лично “Доброго”, не общался с ним, для тех, кто, сегодня, может быть, впервые о нём услышал, как о погибшем легендарном командире этой войны. Не таком известном, как «Гиви» или «Моторола», «но тоже местная знаменитость».

Сегодня же, моментально, сразу после первых постов о случившемся в ВК, побежали по комментариям граждане с закрытых анонимных аккаунтов, рассказывающие удивительные истории о том, что “Добрый” причастен к гибели Мозгового, что он якобы воровал гуманитарку и не воевал на передовой, а “командовал из штаба”, из бункера.

Я не буду никому “не советовать это читать”, не побегу требовать у анонимов “Представься, мразь!”. Я расскажу то, что видел я и что знаю я. А вы уж сами решайте, за кем правда.

Я знал “Доброго” с 2005-го года, когда у него был ещё первый аккаунт в ЖЖ – redrat. Если кто-то уже во время войны мне говорил или писал где-то, что “коммунисты все – говно и приспособленцы”, “коммунист значит русофоб”, “нет больше настоящих коммунистов”, я всегда указывал им на “Доброго” — “Вот живой, настоящий русский коммунист. Не жалеющий жизни за дело, которому служит. И заткнитесь, пожалуйста, если вам не трудно”.

Его война началась в мае 2014 года, когда знакомые из Стаханова, организовавшие один из первых отрядов ополчения, попросили его помочь со снаряжением. Он отдал всё, что у него было, все свои скромные сбережения. Потом обратился за помощью к друзьям и единомышленникам, и с этого начался Координационный Центр Помощи Новороссии. Всё время до отъезда на войну рядовым бойцом Добровольческого Коммунистического Отряда осенью 2014-го года он продолжал каждый день ходить на работу, которая у него была в получасе ходьбы от его квартиры на улице Рабочей. Вот только после работы он шёл не домой, а в небольшой сарайчик рядом с офисом, на территории предприятия, который ему разрешили использовать для приема и сортировки грузов. И из приезжавших партий снаряжения начинал формировать адресные посылки — мешки, коробки, тюки, подписывая их названиями подразделений, городами, позывными командиров.

Когда я сам впервые зашёл в этот сарайчик, там, на нескольких сдвинутых вместе палетах лежала гора бэушных бронежилетов – без малого тонна. Он сумел найти и выкупить для ополчения Новороссии всё, что было доступно в Москве и области. В выходные все, кто мог, приходили ему помогать формировать и упаковывать посылки, чтобы в воскресенье могла уехать на Донбасс ещё одна машина со снаряжением, а он, соответственно, серый лицом, с темными мешками под глазами, мог немного поспать.

Через этого человека в тот период проходили многие миллионы рублей. Он не взял себе ни копейки. Собственно, именно поэтому они и проходили через него – люди знали его и доверяли ему. Множество людей. В узком кругу ходила шутка, что с каждым годом войны злопыхатели, распускающие слухи про “Доброго”, добавляют по этажу к его якобы “строящемуся в Подмосковье шикарному коттеджу”. Три этажа, четыре, пять…

Пока они в глубоком тылу чесали языками, “Добрый” в своей застиранной и заношенной добела “горке” лазал под пулями, ходил в разведку, перечитывал с видавшей виды электронной “читалки” еськовского “Последнего кольценосца” под ночную канонаду в исполнении украинской артиллерии.

Ему, лично ему, от друзей, от частных лиц и организаций постоянно приходили посылки с самым различным военным шмотом и снаряжением. Но он всё раздавал разведке, пехоте, всем, кто больше него и чаще него лазал по передовой. Однажды он прискакал по густой муляке на передовой узел связи на одной ноге – подошва на берце отлетела, и связисты выдали ему кирзачи. Жаловался тогда — «Если не трудно, можете найти нам в Москве нормальные шнурки на берцы. Тут в продаже тряпичные только, они гниют и рвутся быстро»(Это я не сейчас придумываю, «для красного словца», вот отчёт с теми шнурками, я и привозил).

Когда один широко известный в узких кругах питерский волонтер, приехавший в батальон в январе 2019-го, узнал о том, какая это проблема, “одеть комбата”, он затребовал – “Поймайте его, снимите мерку, оденем человека нормально!” Все только засмеялись. Невозможно, забудь. Это Дзержинский и картошка с салом. Только недавно какому-то доброму человеку это удалось.

Это было не показное. Будничное, ежедневное, рефлекторное, если хотите. Достать последнее и отдать тому, кому сейчас нужнее. Единственный “неприкосновенный запас”, который у него был, — вечная двадцатилитровая канистра с бензином за диваном в кабинете, чтобы при любом, самом лютом, безденежье, можно было как минимум один раз доехать до Луганска, по вызову начальства, и вернуться обратно. А единственное, что он привёз в Москву с этой войны – два баула подаренных книжек с автографами авторов в диапазоне от Ниенны и Веры Камши до Вадима Степанцова. Всё.

Он не умел работать на войне, как это умеют профессиональные военные и штабисты, по режиму – подъем, завтрак, работа, работа, обед, работа, ужин, сон… Он, мирный человек, айтишник, жил войной с 2014-го года, жил её требованиями, её законами. В один и тот же день он утром мог объехать позиции, днём – перелопатить кучу документов, вечером – отработать со свежими облётами, привезёнными оператором квадрокоптера, ночью – списаться со всеми знакомыми, которые могут чем-то помочь батальону — что именно нужно, сколько нужно, кому передать. Где-то в районе обеда, проходя через столовую и пожелав приятного аппетита бойцам из наряда, он, бывало, вспоминал, что сам не завтракал. Иногда, в самые запарки, завтракал ужином.

Что вам сказать, не знавшим его, как ещё описать этого человека всего каких-то парой страниц текста? Невозможно. Первая «движущаяся картинка» с его участием, сохранившаяся у меня в памяти, такая — 2005-й год, осень, зашли ко мне домой, я включаю компьютер, чтобы перекинуть ему какую-то полезную информацию, и он, заметив мои запасы DVD-болванок с военно-историческими фильмами, спрашивает — не попадался ли мне на торрентах или ещё где-то советский фильм «Отряд». Это его любимый фильм про войну, который изредка показывали по телевидению. Мол, сам он ищет уже давно, но не может найти. Я вспоминаю этот фильм, и понимаю, что тоже хочу его себе в фильмотеку.

Это кино про небольшую группу советских солдат, которых отправили 21 июня 1941-го года заготавливать лес, и утром 22-го они не успели вернуться в часть. Оказавшись с пилами и топорами среди волн немецкой армии, затапливающих Прибалтику, они поначалу только и могут, что прятаться по лесам, пытаясь добыть оружие и пробиться к своим. Разные люди разных судеб и взглядов, они не сдаются и сражаются с врагом при малейшей возможности. Фильм малоизвестный, грустный и очень реалистичный.

Сейчас этот фильм «Отряд», 1984 года, есть везде, и вы можете зайти на ютуб, выставить движок на 1:02:35 и посмотреть ту сцену разговора окруженцев с бывшим сельским учителем, “первым парнем на деревне”, который сбежал из Красной армии во время разгрома июня-июля 1941 года и вернулся в свою деревню. Ради этой сцены, по большому счёту, и сделан весь фильм.

“Сейчас враг силён, и вы растерялись. И страшнее смерти ничего не видите. Но я, командир Красной Армии, говорю вам – есть в России другие люди, для которых выше смерти долг и совесть”.

Так уж получается, что у нас, в России, всегда находятся эти “другие люди”, такие как комбат Марков, которые “всем умным мира, чьи морды в сале, чье право свято…” всегда ломают очередные планы покорения нас. Ну и всего мира заодно. Такой народ.

PPS (административно-хозяйственное)

Всем, кто по каким-то внеслужебным вопросам, связанным с войной или с батальоном “Призрак” взаимодействовал с комбатом, и у кого эти вопросы остались нерешенными – пишите на mail@kcpn.info, координаторы КЦПН постараются довести все дела до конца.

Почему погиб комбат

Гибель комбата объявила очередную неделю экспертов по сливу Новороссии.Вот типовой набор вбросов от особо осведомленных товарищей в комментариях у Жучковского:Это операция украинских спецслужб. Я сам из Украины. Я точно это знаю.

< Хохлы перебрасывают подкрепления к линии фронта;
< Неожиданно гибнет комбат;
Какое-то подозрительное совпадение…
По ходу, свиньи начали работу

спецслужбы РФ добивают и зачищают последних известных командиров перед большим обострением и возможным «карабахом».

По Доброму вот такая инфа ходит сегодня с утра по знакомым.
Погиб с женой. Сказали, что вмешательство в тормозную систему и, вроде бы, в рулевое управление. Судя по тому, какие были повреждения в машине, положение и состояние его и жены, их добили. Был произведён контроль вручную. более подробно сказать не смогли. Или шеи свернули или задушили. Не знаю.
За два дня до этого Добрый приехал с совещания или постановки задач очень злой из-за того, что была поставлена задача на отход с позиций и оставление их в «серой зоне» (развод сил и средств на участке согласованном с украми по Минску). Позиции эти находятся на господствующей высоте и, в случае выхода укров на них, предоставляют украм обзор на 40 км . Алчевск, как на ладони. Он сказал, что хер им. Вышестоящим…

все командиры первой волны были убиты спецслужбами РФ или наемниками по заказу спецслужб РФ. Уничтожение командиров первой волны это одно из условий заключения Минских соглашений, которое власти рф выполнили педантично и скурпулезно.

Я уверен только в одном- все убитые герои Новороссии на совести чекистов.

Значит, по порядку.

Не было никаких «совещаний про отход с позиций в серой зоне, открывающих украм обзор на 40 км». Разумеется, человек даже карту района боевых действий не открыл перед тем, как перепостить это говно, и, разумеется, никто ему не покажет карту с нынешней зоной ответственности «Призрака». Но надо ж хайпануть, да?

Ещё раз повторю. Никто никаких позиций украм без боя оставлять не будет. 18 феваля этого года, когда на участке «Призрака» укров вышибли с «Бассейна»(«Бани») в «серой зоне», куда они «прыгнули» своим «жабячим стрибком», наглядно доказало как раз обратное.

Далее, по гипотезам о «подлинных обстоятельствах и причинах» аварии.

1. Все уже в курсе, что ДТП произошло между Новоанновкой и Придорожным, это между Молодогвардейском и Новосветловкой, другой край Республики, если брать относительно позиций батальона и города Кировска, где комбат проводит 99% своего времени. Как там оказлася комбат? Отвечаю. Он ехал с мероприятия, проиходившего в Суходольске, обратно в Кировск. Я с ним разговаривал по телефону примерно в тот момент, когда он выезжал обратно. Это мероприятие не было заранее запланировано, и посторонние люди о нём знать заранее не могли, что уже снижает практически до нуля вероятность версии о какой-то подставе.

2. Кадры, снятые на дороге проезжающими водителями, все уже видели. Лобовое столкновение двух машин. Кто-то прислал автокамикадзе, который сейчас в больнице с тяжелыми травмами? Ну-ну.

3. Почему произошло лобовое столкновение? Кто оказался на чужой полосе? Установит расследование. Я слышал версию об обгоне автобуса. Действительно, есть соблазн на таком прямом участке, да там ещё вроде само полотно дороги сделали нормально, обогнать медленно ползущий автобус или маршрутку и втопить. Особенно если торопишься. Об этом отдельно напишу. В этом пункте добавлю — комбат совершенно точно не спал и был трезв. Его трезвость и нетерпимое отношение к алкоголизму, а тем более — к выпивке за рулем, общеизвестны по всей Республике, по крайней мере, среди военных. Комбат не был суперводителем, он до войны был пешеход, за руль сел только на Донбассе, но именно поэтому он никогда не «лихачил», я с ним ездил неоднократно пассажиром.

4. «Вмешательство в тормозную систему и, вроде бы, в рулевое управление». Извините, но это чушь. Комбат был не на своей основной фронтовой машине, не на перманентно оживляемой местными автонекромантами «Ниве», которую весь Кировск знает, а на ВАЗ 2113. То, что он сядет за руль этой машины в этот день, никак не было предсказуемо заранее. ВАЗ 2113 только что прошла полную проверку и тюнинг и основная проблема, скорее всего, заключалась как раз в том, что она была полностью исправна и способна была без проблем выдавать и 100, и 120 и больше км/ч по хорошей дороге. А комбат спешил и решил воспользоваться тем, что машина может выиграть ему время.

5. Комбат действительно спешил, очень спешил. На днях у него должен был начаться короткий отпуск, он собирался примерно на неделю поехать в Москву, на съезд СДД. Помимо участия в съезде ему предстояло сделать очень много. Мне, в бытность волонтером, случалось сталкиваться с ним во время таких «отпусков», когда он целые дни проводил «на ногах», стараясь встретиться и переговорить со всеми, кто хоть как-то хоть чем-то мог помочь нашей борьбе. Спектр проблем, которые ему приходилось лично решать и обсуждать, начинался с автозапчастей, масксетей и лечения раненых и заканчивался связью, РЭБом, БПЛА… в общем, к ночи он приползал в свою московскую квартиру выжатым как лимон и падал замертво. Иногда удавалось перехватить его по дороге домой и обсудить какие-то вопросы. В этот раз у него тоже должна была быть очень насыщенная «программа» такого «отпуска». И, помимо подготовки к её реализации, ему было необходимо ещё и корректно передать все дела по батальону на время своего отсутствия. И никто не выдавал ему на это со склада внештатные 8-10 часов в каждых прожитых им сутках. Не завезли.

Он хотел успеть всё, а если не всё, то как можно больше. «Самый ценный ресурс — это время. Упустишь время — не нагонишь потом». Его слова. Он старался быть везде и успеть всё, потому что четко понимал — линия между тем, что он успеет, и тем, что он не успеет, разделяет его (да и не только его) бойцов на тех, кто будет жив и здоров, и на убитых, на изувеченных войной, контуженных, калек. Однажды он серьёзно повредил ногу, когда ходил по позициям, была операция. Он пришел на службу сразу как только смог хоть как-то кое-как ходить с костылём.

Он не пил и не курил, у него не было проблем с сердцем, поэтому его за все эти годы постоянной непрерывной запарки не прибрали всякие инсульты-инфакрты. Ему везло на фронте — смерть очень часто проходила совсем рядом, но ни разу его не ранило серьезно. Но в этот день, чтобы выиграть ещё сколько-то времени, чтобы успеть забрать у соседей по фронту сломанный квадрик, чтобы по дороге в Москву завезти его в ремонт, чтобы успеть туда… чтобы успеть сюда… чтобы… чтобы… Он спешил. Спешил… и погиб, стараясь сделать как можно больше для всех тех, кто защищает Новороссию, своих ли бойцов, чужих — неважно.

Хочется сказать всем, кому не терпится продемонстрировать свою «осведомленность в теме». Ребятки… когда от скуки и хайпа ради «чешут языки» о покойников это называется трупоедство.

И ещё. Когда схлынет весь этот нынешний гевалт и говнохайп вокруг его смерти, когда уйдут досужие говнометатели, которым прискучит этот аттракцион, когда останутся после перебрасывания говном только кучи этого самого говна с торчащими из него палками — «конечно его убили», «всех честных командиров в Новороссии убивали и его тоже убили, свои убили» и прочим, тогда выйдут из тени на свет бывалые, опытные трупоеды, которые изложат свои охрененно логичные версии того, из-за чего погиб комбат. Что он там с кем не поделил, какие «черные кассы гуманитарки», подмосковные особняки, контрабанду…

Точно так же они приходили глодать труп Мозгового, выставляя Маркова одним из соучастников его убийства. Нет, не сами, разумеется, не открыто — «Я, такой-то такой-то, обвиняю такого-то такого-то в том, что он…», нет. Зачем кричать самому, когда можно шепнуть на ухо десяти дуракам, чтобы кричали они, желая прослыть охрененно осведомленными чуваками?

Сейчас, увидев, что общественное мнение на стороне «Доброго», они перестроятся и заведут свои песни в духе «Вот, будь ты хоть сто раз честным и порядчным, но в таком окружении это закочнится только вот так… а все потому, что идеи Новороссии преданы…» И дальше вы прочитаете баальшущий набор удивительных историй о том, кто из тех, кто тянул здесь лямку вместе с «Добрым» что именно с ним не поделил.

Кто эти люди? Эти загадочные «ополченцы первой волны», ещё недавно все как один «близкие Мозгового», хранители его тайн, которые теперь станут весьма осведомлены в делах «Доброго». Кстати, кто поглупее вон уже полез, не перестроившись, «мочить» «Доброго». Тут, например, хайпует одна пидарасина:

он не воин он руководил и в боевых не принимал участия… я там был, могу довести ВСЕМ как он был и вёл Бизнес… расскажу Вам лично, в переписке, пишите и расскажу Вам ВСЕ

Кто эти люди? Ну, помимо подсадных из украинских подразделений ИПСО.

Это те, кто приехал на Донбасс с жаждой власти, бесконтрольной и безответственной власти, чтобы поймать в мутной воде возможность эту жажду власти удовлетворить.

И кое-кому даже немножко это удалось. Побежал, побежал тогда, в 2014-2015 годах, кое у кого по венам этот прекрасный пьянящий наркотик. Это же так здорово, когда ты весь из себя такой модный, в чистеньком новеньком камуфляже с большим страшным автоматом идёшь по городу, и ты здесь власть. И чистенькая новенькая георгиевская ленточка, повязанная на форме, дает тебе право казнить и миловать, «перераспределять собственность», а не в трениках и сланцах с СКСом сидеть под артобстрелами.

Когда оказалось, что впереди долгая и трудная война с бесконечными окопами и обстрелами, а не «суровые будни пламенных чекистов в борьбе с коварным внутренним врагом» в комплекте с горячей водой и рестораном, все эти «ополченцы первой волны» как-то слегка сникли. А потом сникли ещё сильнее, потому что оказалось, что командирами на войне становятся не те, кто больше всех времени проводит в поисках вражеских шпионов на продскладе, а те, кто постоянным непрерывным своим воинским трудом создают себе авторитет у окружающих и становятся подлинными лидерами, за которыми люди готовы идти в бой, на смерть.

И сразу стало неинтересно воевать.

Разок хапнув этого наркотика бесконтрольной и безответственной власти, они, лишенные его на всю оставшуюся жизнь, теперь навсегда же этим лишением травмированы, и ещё долго будут выползать трупоедствовать, демонстрируя свою «осведомленность» и «сопричастность».

Предыдущий раз эти трупоеды вылезали когда 18 февраля погиб «Волк». Тогда, помнится, «Добрый» был сукой и гандоном, который посылает солдат в окопы сидеть под обстрелами. Сейчас они перестроятся, сменят одни закрытые аккаунты в ВК на другие, и уже «Добрый» будет хороший, про покойников же «хорошо или ничего», а кто-то, с кем им до сих пор хочется свести личные счеты, будет сволочью, предателем и «соучастником убийства героя Новороссии, легендарного комбата Маркова».

Что ж, если человек уже крепко-накрепко вошёл в амплуа шакала, то выйти обратно, к человеческому облику, трудновато. Всё доступное внутривидовое разнообразие — трупоедствовать одному, в стае или при каком-нибудь хищнике, в интригах которого шакальё может быть полезно.

Ну а тем, кто действительно беспокоится о судьбе «Призрака» я скажу то же самое, что сказал этой ночью одному из тех, кто знал «Доброго», тяжело переживает его гибель и тоже беспокоится о судьбе батальона. Думаю, он простит мне, что я, без указания авторства, процитирую его: «…щас же пизда батальону… Многие ТОЛЬКО РАДИ НЕГО оставались. Потому что видели как он вкладывается. Он делал все — и благодаря ему батальон жил… И таким как он… Но как видишь, лучшие уходят…»

Я ответил этому хорошему, доброму человеку, попросту раздавленному новостью о смерти комбата — «И что изменило то, что он умер? Все узнали, что он притворялся или что?»

Комбат работал на все 100, 150, 200 процентов. Комбат погиб. И что мы? Бросаем всё, ради чего он вкалывал как проклятый, ради чего ему и нам помогало такое огромное количество людей со всего мира? Бросаем и уходим? Пусть восемнадцатилетние пацаны дальше эту войну вывозят на своем горбу? В зеркало по утрам смотреть не стыдно будет никому? Мне вот было бы стыдно.

Можно очень долго и много писать о том, каким человеком был комбат, как много он сделал.
Можно ещё дольше и больше писать о том, что нельзя из-за его смерти бросать наше дело.
Но времени на это нет.
Правда — в делах, их надо делать.

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *